Светлана Авдашева. Дома дешевле

Светлана Авдашева

Заместитель директора Института анализа предприятий и рынков НИУ ВШЭ, ординарный профессор (2007), профессор кафедры экономического анализа организаций и рынков НИУ ВШЭ, доктор экономических наук. В сентябре 2012 года удостоена Медали Ассоциации независимых центров экономического анализа «За заслуги в развитии экономического анализа в России» — за выдающиеся достижения в исследовании антимонопольной политики.

Если ужин в ресторане стоит 5000 рублей, а дома можно поужинать за 1000 рублей, то что выгоднее? Как разделить работу между Иваном и Петром, если Иван пишет 5 страниц в час или проверяет 20 страниц в час, а Петр — 1 или 5? Как торговать друг с другом Англии и Португалии, если Португалия производит в час 50 литров вина или 75 квадратных метров сукна, а Англия — 40 или 50? Надо ли покупать квартиру, если можно арендовать, и как решение зависит от ставок по депозитам? Что такое дисконтирование, и как оценивать вложения в ценные бумаги? Лекция Светланы Авдашевой — о том, как альтернативные издержки, сослагательное наклонение в экономике, помогают принимать правильные решения.

Новиков: Экономист всегда сравнивает то, что находится на двух чашах весов. На одной чаше весов находится то, что видно, то, что есть, то, что фактически произошло, и на другой чаше весов находится то, что всего лишь могло быть — альтернативное прошлое. То, что произошло, как правило, осязаемо, и у экономистов, на самом деле, нет значительных преимуществ в том, чтобы оценить насколько хорошо то, что есть. Вот есть железная дорога и всем понятно, что железная дорога — это хорошо, по железной дороге можно куда-то добраться, по железной дороге можно везти груз. Намного сложнее разобраться в том, а что было бы, если бы не было железной дороги. Экономистов учат думать об этом, учат отвечать на такие вопросы, учат писать книги про сослагательное наклонение. Сегодня, на сегодняшней лекции речь будет идти именно об этом наклонении, и я хочу представить вам нашего третьего лектора — Светлану Авдашеву. Светлана Авдашева является ординарным профессором Высшей школы экономики и также заместителем директора Института анализа предприятий рынков в той же самой Высшей школе экономики. Светлана Борисовна — известный экономист, экономист не только теоретического, но и практического свойства, множество прикладных проектов, множество заключений для судебных разбирательств. С удовольствием представляю вам её сегодня.

 

Что такое альтернативные издержки?

Добрый вечер, дорогие друзья. Я постараюсь показать, что принцип альтернативных издержек, сколь бы прост он ни был, на самом деле позволяет объяснить в экономике очень и очень многое. Во многих случаях он помогает принимать правильные решения или, по крайней мере, избегать ошибок.

Я предполагаю, что большинство из нас не являются экономистами, и я как экономист должна рассказать ещё раз, о чём же всё-таки эта скучная наука — экономика. А это наука о том, как люди, компании, государства делают выбор. Главная проблема экономики — это выбор. Почему? Потому что ресурсы ограничены. Мы можем приводить гипотетические примеры неограниченных ресурсов, но, к сожалению, законы жизни не отменить и, по крайней мере, главный ресурс, которым мы располагаем, — часы нашей жизни, — ограничен однозначно. Поэтому перед каждым из нас раз за разом встаёт выбор: что предпочесть из тех альтернатив, которыми мы располагаем. Концепция альтернативных издержек как раз показывает, как мы делаем выбор и как мы ценим то, что мы выбрали.

Определение альтернативных издержек необычайно простое. Что такое альтернативные издержки для экономиста? Когда у нас есть набор альтернатив, альтернативные издержки, когда выбор сделан, — это ценность наилучшей из отвергнутых альтернатив. Всё. Собственно говоря, на этом лекцию можно было бы с точки зрения учебника и с точки зрения определения заканчивать. И само это определение сразу же позволяет нам скорректировать представление о так называемом рациональном человеке.

Вадим очень удачно предложил в качестве подзаголовка этой лекции вопрос: «Дома дешевле?» К какой ситуации имеет отношение этот вопрос?

 

Молодой человек повёл свою жену в ресторан, они поужинали, хорошо провели время, насладились обществом друг друга, но потратили 5000 рублей. Ему говорят: ты не рационально поступил, дома было бы дешевле. Продукты, которые нужны для приготовления вашего ужина, стоят, предположим, от силы рублей 400, хорошая бутылка вина — даже лучше, чем то, что вы выпили, — стоит, предположим, 600 рублей. Ну и пусть у тебя там жена приготовила бы этот ужин, потом помыла бы тарелки, но это был бы рациональный выбор.

 

Что на это ответит как экономист, так и любой другой нормальный человек: вы знаете, нет, дома не дешевле, если учитывать то, что я получил от этого вечера. Мы видели друг друга, мы разговаривали друг с другом, мы общались друг с другом — я больше ценю эту возможность, я больше ценю наше общение, нежели те пресловутые 4000 рублей, которые я мог бы сэкономить. Я поступил абсолютно рационально. Мораль: дома не всегда дешевле.

Но что показывает этот пример? Этот пример показывает, что, говоря об альтернативных издержках, экономисты норовят рассуждать не только в терминах рублей, долларов, затраченного времени, потраченного бензина и каких бы то ни было ресурсов. Экономисты очень хитро, но очень справедливо с точки зрения объяснения жизни включают в альтернативные издержки всё то, что человек ценит, и то, что денежного эквивалента не имеет. Это можно показать на совсем простом примере.

 

Молодая девушка звонит вечером своему молодому человеку и говорит: давай встретимся завтра, в пятницу 13 марта, около семи часов вечера. Возможно, у него в голове, если он любит, например, смотреть хоккей, возникает такого рода выбор: или я встречаюсь со своей девушкой, и мы хорошо проводим время, или я наслаждаюсь просмотром матча, кажется, «Ак Барс» — «Авангард».

 

Если, прокрутив все это в голове, он говорит: хорошо, дорогая, давай встречаться, тогда мы знаем, что для него альтернативная ценность встречи с этой девушкой — это ценность от просмотра хоккейной баталии «Ак Барс» — «Авангард». Ни в первом, ни во втором случае нет никакого денежного эквивалента, и деньги в принципе в этих рассуждениях не участвуют.

Но очень часто для того, чтобы показать, а как всё-таки должны рассуждать экономисты, используя принцип альтернативной ценности, приводятся примеры, связанные с деньгами. Типичный выбор, который стоит перед молодой семьёй: покупать или снимать? И люди делают разный выбор. Какое отношение имеют к этому выбору альтернативные издержки и как при этом понимается рациональность? Многие из нас слышали: здесь нет никакого выбора, обязательно покупать. Таким образом вы экономите и поэтому рационально квартиру купить.

Почему арендовать может быть выгоднее? Потому что деньги, которые тратятся на покупку квартиры, имеют альтернативное применение. Универсальная доступная альтернатива —положить деньги в банк и получать проценты. Единственное ли это альтернативное применение? Ну, конечно, нет. У тех, кто принимает решения, альтернативы могут быть самыми разнообразными. Представим себе предпринимателя, который может использовать эти деньги с гораздо более высокой доходностью, чем даёт банковский вклад. Но вернёмся даже просто к банковскому проценту: сколько нам сейчас дают банки в год? Ну, давайте для простоты скажем — 10%. Итак, пусть банки дают 10% в год, пусть искомая квартира стоит 5 миллионов, и представим, что такую же в точности квартиру можно арендовать, а не купить. Давайте ответим на вопрос, если нас не интересует ничего, кроме денег, если у нас нет никаких дополнительных соображений, если у нас нет приверженности к тому, что вот это моё гнездо и я от этого получаю дополнительный выигрыш так же, как от ужина со своей любимой женой, которая вообще в деньгах не измеряется. Нас интересуют только деньги.

 

Итак, если квартира стоит 5 миллионов, эту же самую квартиру можно арендовать. Банк даёт нам 10%, при какой цене аренды её будет выгодно арендовать? Меньше 500 тысяч в год, совершенно верно. Вот, пожалуйста, и ответ на вопрос, дешевле дома или не дешевле.

 

Это просто-напросто зависит от трёх величин: сколько стоит квартира, сколько стоит аренда этой квартиры и сколько нам дают при альтернативном использовании этих денег.

Можно включить в рассмотрение фактор роста цены квартиры, можно включить в рассмотрение фактор инфляции, можно включить в рассмотрение то обстоятельство, что если это молодая семья, то сейчас она располагает какими-то деньгами, но доходы будут расти, и возможно, через пять лет они смогут купить квартиру совершенно другого уровня. При этом продавать купленную сегодня квартиру — это конвертировать её в деньги, что влечет за собой какие-то дополнительные издержки. Ход рассуждения от этого меняться не будет, поскольку существует ценность от альтернативного использования денег.

 

Как правильно разделить труд

Теперь попытаемся с помощью альтернативных издержек объяснить какие-то решения или принципы правильного экономического выбора в некоторых типовых обстоятельствах. И первое из них — это разделение труда. Итак, у нас есть проблема разделения труда в работающей группе. Поскольку экономисты-преподаватели всё всегда упрощают, пусть вы — начальник, у вас есть два подчинённых, которые выполняют только два типа работы, и пусть это будут условный Иван и условный Петр. У многих из нас работа связана с подготовкой текстов — от математически и финансовых расчетов до разработки компьютерных программ, правил техники безопасности или концепций маркетинговых компаний. Пусть у нас есть два типа работы, которые выполняют наши подчинённые, — это написать и проверить. И пусть наши условные Иван и Петр в течение одного часа демонстрируют очень-очень разную производительность: пусть у нас Иван может написать 5 страниц в час, а проверить 20 страниц в час. И пусть наш условный Петр может написать одну страницу в час, а проверить 5 страниц в час. Ну, естественно, первое, что говорит каждый, кто видит этот пример: я сочувствую тем, кто имеет Петра в своём коллективе, в то время как есть Иван. Но вообще разница производительности — это объективная реальность, с которой сталкиваемся мы все. Да, наши подчинённые действительно обладают разной производительностью. И сплошь и рядом мы будем сталкиваться с ситуациями, когда есть условный Иван, который превосходит остальных членов команды довольно существенно, хотя и не обязательно в таких масштабах. А теперь вопрос: как мы должны разделить задание между условным Иваном и условным Петром?

Каждый, кто писал для выполнения какой-то задачи текст, знает, что на самом деле эти два типа работы нельзя ранжировать по степени важности. И то, и другое — креативная работа разного рода. Нужно как писать, так и проверять. Мы должны сравнить альтернативные издержки, с которыми, соответственно, Иван и Петр пишут и проверяют, то есть выполняют два типа работы. Мы можем определять альтернативные издержки одной страницы написанного текста и альтернативные издержки одной страницы проверенного текста. Каковы для Ивана альтернативные издержки одной страницы написанного текста? Четыре. Для Петра одна страница написанного текста эквивалентна пяти страницам проверенного текста. То есть когда вы перебрасываете Петра с проверки на написание, вы отказываетесь от пяти страниц проверенного текста в течение часа. Когда вы перебрасываете Ивана с проверки на написание, вы отказываетесь от четырёх страниц проверенного текста. Соответственно, что лучше?

Лучше, на самом деле, когда мы для одной страницы написанного текста жертвуем четырьмя страницами проверенного текста. Тогда действительно у нас совокупная производительность, суммарная производительность Ивана и Петра становится несколько выше. Это утверждение легко проверить. Представим себе, что они у нас работают восемь часов, как предусмотрено трудовым законодательством. Если мы распределили их нагрузку таким образом, что Иван пишет, а Пётр проверяет, что мы получаем в результате? Сорок страниц написанного, сорок страниц проверенного. Значит, мы имеем минус 16 страниц написанных плюс 60 страниц проверенных. Вопрос: хорошо ли это и как обсудить, насколько это хорошо? У нас получается, что из-за того, что мы неправильно распределили обязанности, не в соответствии с принципами альтернативных издержек, мы отдали за 60 проверенных страниц слишком много написанных. Откуда это видно? Вот если бы у нас Иван не проверял, а только писал, сколько бы он написал страниц вместо того, чтобы проверить 60? Он за три часа написал бы 15 страниц. Мы, на самом деле, здесь теряем лишнюю написанную страницу. Ну, то есть смысл доказательства, смысл рассуждения здесь понятен — разделив между ними задания поровну, мы что-то потеряли.

Это вот показывает, почему принцип альтернативных издержек работает.

Важный принцип менеджмента — даже когда у тебя дедлайн, даже когда у тебя все горит, избегай нагружать своего самого производительного сотрудника полной белибердой. Но именно это делают руководители каждый день.

Подумаем о своём жизненном опыте — я во всяком случае точно делаю это каждый день и, если к концу рабочего дня вспоминаю, сколько раз я это сделала, вы знаете, иногда получается даже больше пяти. Вот у меня есть два человека, на которых я всегда могу положиться, и поэтому я их прошу: ты сделай вот эту важную работу, вот эту важную работу, вот эту, а потом ещё проверь, пожалуйста, вот это, ну тебе же это быстро, у тебя же очень высокая производительность. То есть, на самом деле, обычно судьба условного Ивана в коллективах очень печальна, но это самая серьёзная ошибка менеджмента, самая серьёзная ошибка в разделении труда между сотрудниками. Итак, действительно кое-что принцип альтернативных издержек менеджменту даёт. Только ли менеджменту? Нет, конечно, ничего подобного. На самом деле этот пример с условным Иваном и Петром чуть менее, чем двести лет назад, предложил английский экономист Давид Рикардо. Он автор теории сравнительных преимуществ в международной торговле.

 

Уроки международной торговли

Теория сравнительных преимуществ в международной торговле — это всего-навсего переложение истории Ивана и Петра на торговлю между двумя странами. И я уже начала свою лекцию с утверждения, что экономика вообще-то наука довольно циничная, это правда, но при всем при том, достигнув дна отчаяния, экономика очень часто даёт надежду. Условный Петр в коллективе абсолютно необходим. Если у нас в коллективе есть условный Петр, он может быть очень важным, потому что он может освободить условного Ивана для выполнения той работы, в которой, как сказал бы Давид Рикардо, Иван имеет сравнительное преимущество.

Позволю себе воспроизвести очень приблизительно тот пример, который Рикардо использовал для объяснения, почему страны должны специализироваться и почему страны должны торговать друг с другом. Итак, это тоже условный пример. У нас есть две страны — это Англия и Португалия, которые производят два продукта — вино и сукно. Ну, что такое вино, мы представляем, сукно — это тип материи. Мы можем даже ничего не говорить о деньгах, мы можем ничего не говорить об издержках, нам достаточно проанализировать выгоды от международной торговли, используя время, затраченное на производство вина, и время, затраченное на производство сукна, в Португалии и Англии соответственно. И приблизительно пример Рикардо выглядит таким образом: пусть в течение одного часа в Португалии производится 50 литров вина или 75 квадратных метров сукна, и пусть в течение такого же часа, но только в Англии производится 40 литров вина или 50 метров сукна. В данном случае у нас Португалия играет роль условного Ивана, как в предыдущем примере, а Англия — Петра. Португалия обладает абсолютным преимуществом. Производительность часа работника на среднем предприятии выше, и это, вообще говоря, обычное дело в международной торговле.

А теперь вопрос немножечко политизированный и, конечно, далёкий от вопроса, который ставил Рикардо. Выгодно ли для Португалии взять курс на так называемую продовольственную и текстильную безопасность, должна ли Португалия все производить сама и отказаться от торговли с Англией, если производительность труда в Англии очевидно ниже? Нет, не должна. Почему, кто нам это говорит? Это нам говорит тот же самый принцип альтернативных издержек, который Давид Рикардо интерпретирует как принцип сравнительных преимуществ. Что такое сравнительное преимущество? Это возможность пожертвовать для производства литров вина меньшим количеством сукна. Вот и все, это и есть более низкие альтернативные издержки. Ну, соответственно, прикинем, что мы здесь имеем с альтернативными издержками. Альтернативные издержки чего будем определять, вы мне скажите — вина, сукна? Вино. Замечательно. Сколько у нас стоит по принципу альтернативных издержек один литр вина? В Англии один литр вина стоит 1,25 квадратных метров сукна. В Португалии один литр вина стоит 1,5 квадратных метра сукна. Ну и кто здесь должен что производить в этом условном примере? В этом условном примере сравнительное преимущество страны — это возможность производить с более низкими альтернативными издержками. Кто у нас здесь производит с более низкими альтернативными издержками вино? Англия. Поэтому, опять-таки, в противоположность здравому смыслу здесь Англия должна производить вино, а Португалия должна производить сукно.

Сравним две ситуации, когда в течение двух часов в Англии производится вино, а в Португалии — сукно, и когда в течение часа вино производится и в Португалии, и в Англии, то есть каждая страна не использует свои сравнительные преимущества. Если у нас два часа тратится и на производство вина, и на производство сукна, сколько вина мы получили? 90. Всего — на Португалию и Англию, мы считаем в данном случае суммарно. Сукно производится и там, и там. Сколько сукна мы получили? 125. Что мы имеем в качестве альтернативы? То есть в действительности, если мы полностью специализируем Англию на производстве вина, а Португалию — на производстве сукна, мы имеем очень большое увеличение производства сукна, которое не было бы достигнуто иным образом.

При этом принцип альтернативных издержек говорит нам всего лишь, что можно увеличить суммарный выпуск, если мы будем использовать свои сравнительные преимущества. Принцип альтернативных издержек ничего не говорит о том, как будет распределён выигрыш от лучшего использования ресурсов. В этом смысле экономика действительно циничная наука, и организация международной торговли тоже довольно циничная штука, и в принципе жизнь не очень в этом смысле ласкова к нам, иначе говоря — совершенно не обязательно полученный выигрыш от международной торговли будет в справедливой пропорции распределён между Португалией и Англией.

И для того, чтобы определить, что такое справедливо, чтобы воплотить этот принцип справедливости в жизнь, собственно говоря, и существует очень масштабная и дорогая система международных организаций — например, ВТО. Там и происходят бои, и очень серьёзные, за обсуждением того, что такое справедливо и как сделать, чтобы это «справедливо» действительно воплотилось в жизнь.

О цене финансового актива

Принцип альтернативных издержек объяснил, что даже менее производительный человек, ни в чем не сильный, может быть полезен в коллективе. Принцип альтернативных издержек объяснил, что даже страна с более низкой производительностью, не обладающая преимуществом ни в чем — не то что в балете и ракетах, а вообще ни в чем — может, тем не менее, создавать выигрыши в международной торговле. Но существуют и более, что ли, циничные, практические применения принципа альтернативных издержек, которые в том числе не экономистам очень полезно знать. И одно из направлений практического применения принципа альтернативных издержек — это определение цены финансового актива. Совсем простой пример: как у нас должна определяться цена ценной бумаги? Итак, пусть у нас банк даёт на вклад десять процентов годовых. И пусть кто-то к нам приходит и говорит: слушай, вот у меня есть облигация, да, там всё, выплаты защищены. Риска нет, про риск пока не думаем. Итак, у меня есть облигация, номинал которой 100 тысяч рублей, но на ней написано, что ежегодно владелец этой облигации получает доход в 5% от номинала, то есть 5000 рублей. Дурацкий вопрос: нужно покупать эту облигацию?

(Из зала: Только за полцены.)

Вот, вот — это, как всегда, подлый вопрос для экономиста. Действительно, первый ответ — нет, а на самом деле экономист всегда спросит: а на каких условиях? На самом деле так не бывает. Как раз принцип альтернативных издержек и показывает, что так не бывает, что что-то нам никогда не выгодно — расскажите про условия. И как будет определяться нормальная, с точки зрения экономиста, цена этой облигации? Всего лишь нужно задать вопрос: у меня есть альтернатива положить деньги в банк — какую сумму я должен положить в банк, чтобы при имеющихся условиях получить доход в 5000 рублей? Вот и всё. Соответственно, рыночная стоимость этой облигации 50 тысяч рублей. Как мы её определили? Выведем формулу цены на активы, приносящие доход, и многое узнаем. Как бы выглядела формула рыночной стоимости облигации? Дисконтирование пока не при чём. Что нужно сделать? Нужно номинал умножить на отношение обещанной доходности вот этой вот бумаги, условно, финансовой, к альтернативной доходности. Что мы получим? Как раз то самое: 100 тысяч, умноженные на отношение 5% к 10%, — всё, вот как раз та самая половина. Соответственно, дальше мы будем рассуждать: вплоть до цены 50 тысяч рублей эта облигация, как и любая ценная бумага, для нас вполне выгодна. Дороже 50 тысяч рублей — да, не отдам, потому что так мне говорит принцип альтернативных издержек.

На самом деле, достаточно сделать очень небольшой шажок, чтобы включить в рассуждение риск. Ну хорошо, 5% — это замечательно, а если не выплатят? Мы знаем много финансовых инструментов, которые предполагают какой-то уровень риска, то есть тебе обещают 5% на номинал, но выплатят тебе 5% на номинал или не выплатят — это, вообще говоря, заранее неизвестно. Тогда для определения нормальной рыночной цены этой бумаги что нам надо было бы привлечь к рассуждениям? Всего-навсего вероятность. У нас есть всего два исхода: или деньги дадут, или не дадут.

 

Если бы экономисты знали, как посчитать вероятность на финансовых рынках и на финансовых инструментах, никто вообще не зарабатывал бы деньги, потому что это знание было бы общим и было бы достаточно просто написать программу в компьютере — и привет, и всё, тогда никто бы ничего не зарабатывал и ничего бы не терял, жизнь стала бы в финансовом отношении неинтересной.

 

Замечательно. Ну так дайте нам какую-то вероятность, что деньги не выплатят, ну, ниже, чем 1. Пусть 0,5, экономисты очень любят использовать такого рода вероятности. Как у блондинки: какая вероятность встретить динозавра? ½ — либо встречу, либо нет. Итак, действительно, пусть у нас вероятность 0,5, что мы получим деньги, и, соответственно, такая же вероятность, что не получим. Тогда для нас ожидаемый доход составляет 2,5 тысячи, или 2,5% от номинала. И пожалуйста, определим нормальную рыночную стоимость этой бумаги. И давайте мы забудем про инфляцию и курсы валют — мы говорим только про рубли.

В чём сложность нашей жизни? Сложность нашей жизни в том, что у нас не две альтернативы. Опять-таки, если бы у нас всегда было только две альтернативы, многое в экономике и в жизни было бы проще. Но тут принцип альтернативных издержек не виноват. Во всяком случае — закончим этот пример — действительно рыночная стоимость этой ценной бумаги была бы 25 тысяч рублей, и мы с вами успешно показали, что риск невыполнения обязательств снижает рыночную стоимость. Это мы прекрасно получили с помощью принципа альтернативных издержек.

Всё ли мы с вами разобрали, что может дать принцип альтернативных издержек? Да ну что вы, мы даже вершину айсберга, на самом деле, не затронули, потому что крайне важный принцип применения альтернативных издержек для бизнеса — это дисконтирование. Те, кому он нужен, посмотрите на него и убедитесь, что он всего лишь основан на принципе альтернативных издержек вложения денег, и ничего больше. Все многочисленные показатели эффективности инвестиций, сложные формулы, проценты, степени на самом деле основаны всего лишь на принципе альтернативных издержек — и только.

 

Альтернативные издержки и прибыль

Второе очень важное применение, о котором мы сегодня не скажем, это так называемая экономическая прибыль. Экономисты — подлые люди. Они не дают предпринимателям гордиться полученной прибылью, говорят: вот когда ты заработал какую-то прибыль, на самом деле для меня это не прибыль. Вот у тебя была пекарня, и ты в этой пекарне за год получил прибыль в 1 миллион рублей после уплаты налогов и всех вычетов, это для меня не прибыль, ты передо мной не гордись, твоя прибыль на самом деле ниже. За счёт чего? За счёт альтернативных издержек того, что ты вложил в эту пекарню. Экономисты, на самом деле, на первом уровне анализа говорят: слушайте, ну для того, чтобы построить в Москве пекарню, надо отдать минимум 3 миллиона рублей сразу. Опять-таки, у тебя было 3 миллиона, ты их отдал, совершенно неважно, твои или не твои, банк 3 миллиона даёт под 10%, стало быть, из этого миллиона ты 300 тысяч вычитай сразу. Дальше: помимо того, что ты потратил на свою пекарню деньги, ты, вообще говоря, отказался от альтернативы — у тебя всегда была альтернатива работать по найму. Опять-таки, хороший пекарь, работающий по найму, это 70 тысяч рублей чистыми — нормально для Москвы. Соответственно, сколько бы ты заработал в течение года? 70 на 12 — ты заработал бы 840 тысяч рублей. Подводя итог: твоя экономическая прибыль — минус 140 тысяч. То есть когда ты гордишься передо мной прибылью в миллион рублей, ты на самом деле имеешь минус 140 тысяч.

Но спросите дальше экономиста: что, владелец пекарни поступил нерационально, он сделал неправильный выбор? Тут экономист сдаст назад и скажет: а вот вы знаете, многое зависит от того, как тот, кто вкладывал деньги в пекарню, ценит вот сам факт своего бытия как самостоятельного предпринимателя, а не работающего по найму. Это очень важная ценность для многих людей. Как он ценит саму свою свободу. Знаете, как многие люди говорят: «Зато я работаю на себя». Парень, ты работаешь на себя 15 часов в день! Но для меня приносит удовлетворение сам факт того, что я работаю на себя. Ну и всё, значит, пекарь абсолютно рационален, если для него это удовлетворение дороже 140 тысяч рублей в год.

 

Альтернативные издержки и госполитика

Конечно, к анализу многих действий государственной политики, причём не только высокой политики, но и вполне примитивных и, на первый взгляд, технических действий, принцип альтернативной ценности очень хорошо применим, хотя государство об этом очень часто забывает, а мы как избиратели и как граждане ему об этом очень редко напоминаем. И пример совсем примитивный.

 

Вернёмся к пекарю. Скорее всего, он зарегистрирован как индивидуальный предприниматель. Индивидуальный предприниматель раз в квартал платит налоги. КБК — код бюджетной классификации. Это поганые 20 цифр для машины, которая распределяет уплаченные налоги и позволяет определить, на какой счёт они пойдут. За последние пять лет два раза менялись КБК уплаты 6% единого налога индивидуальными предпринимателями. Когда КБК меняется, что мы сразу можем предположить? Не надо быть экономистом, просто нормальным человеком.

 

В России 3,5 миллиона предпринимателей. Я спрашивала, сколько из них делают ошибки в заполнении КБК. А что такое ошибка в заполнении КБК? Это значит, что с точки зрения государства ваши налоги не уплачены, ваши налоги ушли неизвестно на какой счёт, и вы ещё потратите кучу времени для того, чтобы свои деньги получить с этого неправильного счёта обратно. Сколько предпринимателей делают ошибки? Кстати говоря, никто в федеральной налоговой службе этого не знает. Я получала оценки от 1 до 5%. 5% — это вообще чудовищно, но даже 1% — представьте: у нас 3,5 миллиона индивидуальных предпринимателей, каждая смена КБК заставляет ошибаться 35 тысяч человек.

Кроме того, сколько они тратят на то, чтобы урегулировать проблему, что они заплатили по неправильному КБК и у них на самом деле вовсе не задолженность? Пусть даже рабочую неделю. Так вот, каждая смена КБК, получается, сопровождается тем, что 35 тысяч человек в течение недели не пекут, не стригут, не делают массаж, а всего-навсего возвращают неправильно уплаченные деньги. Вопрос: зачем вы меняете КБК? На самом деле, говорят, вы, индивидуальные предприниматели, счастливые — как только мы дойдём до корпоративного сектора, там такие изменения каждый квартал. При этом: коллеги, спрашиваем мы федеральную налоговую службу, вы зачем это делаете? Они не могут внятно объяснить — «да вот, технически удобнее». За счёт ошибок? Вы знаете, на самом деле, вот этого не произносил никто и никогда. Как правило, произносятся очень технические оправдания: так будет выглядеть более согласовано с другими комбинациями этих 20 чисел. То есть никто собираемость таким образом не повышал.

Но о чём говорит этот пример? Этот пример говорит о том, что даже технические решения, которые на первый взгляд ничего не стоят, экономике стоят, на самом деле, очень много. Ну и позвольте мне на этом подвести итог лекции о применении принципа альтернативных издержек. Я начала с того, что альтернативные издержки — это принцип, объясняющий, как люди делают выбор в нашем циничном мире, и заканчиваю на том, что, если всё-таки каждый на своём месте будет помнить о принципе альтернативных издержек, наша жизнь станет немного лучше.

 

Вопросы

Вопрос из зала: Должны ли вообще работники учитывать в своей заработной плате некий вменённый расход на арендную плату в квартирах, если они живут в собственном жилье?

Авдашева: На самом деле никакой экономист не поставит вопрос так: должны они учитывать или не должны. Если для них деньги представляют ценность, то они должны учитывать. Но экономист ведь тоже вам скажет, что если вести себя суперрационально, то есть учитывать абсолютно все альтернативные издержки любого выбора, то вообще-то ты лишишься жизни и превратишься в калькулятор. Поэтому отказ от подсчёта альтернативных издержек и отказ от выявления альтернатив и их сопоставления — это тоже вполне рациональное решение, которое вы можете легко себе представить. Каждый раз, когда вы делаете покупку, можно предположить, что достаточно было пройти 20 метров и — вы об этом прекрасно знаете — вы могли бы всё то же самое купить дешевле. Вы не думаете об этом и, наверное, правильно поступаете.

Вопрос из зала: Скажите, пожалуйста, а какие существуют альтернативы, извините, методу альтернативных издержек? То есть вы правильно сказали, что наша жизнь намного сложнее, альтернатив больше и так далее. Но, помимо всего прочего, когда мы делаем какой-то выбор, мы делаем выбор в определённых условиях, и дальше мы не знаем, что там будет, и альтернативные издержки дальше могут меняться и так далее. В этом случае мы можем завести ситуацию в тупик, когда выбор сделать нельзя.

Авдашева: Вы имеете в виду вот что. Вообще говоря, альтернативные издержки существуют в одну секунду времени. То есть если всё то, что мы сказали, переложить на время, сколько существуют альтернативные издержки — это одна секунда, когда вы принимаете решение. Всё, после того, как вы сделали выбор, про альтернативные издержки можно забыть, потому что есть только выбор и его последствия. То, что будет происходить дальше, будет предметом следующего выбора. Это вам скажут абсолютно все: это скажет экономист, это скажет психолог, ну, может быть, религия не совсем согласна, но экономист точно скажет, что вы делаете выбор один раз, и в этот момент вы как-то оцениваете альтернативные издержки, если вы их оцениваете с учётом доступной информации. Можете вы ошибаться? Да, безусловно. Но, вообще говоря, в мире нет механизма, который позволяет избежать этих неточностей. Но по крайней мере принцип альтернативных издержек может служить некоторым утешением. Если вы поняли принцип альтернативных издержек, тогда вы должны понять, что после того, как вы или кто-то другой принял решение, не имеет смысла обсуждать альтернативные издержки даже в течение следующих пяти минут — всё, решение принято. Нет, ну, это типично для людей, которые не экономисты или не контролируют свои эмоции — зачем-то купил ценную бумагу, а лучше было вложить деньги в банк; зачем-то вложил деньги в банк, в лучше было купить доллары, а что ты сидишь — 11 декабря, а ты что сидишь такой довольный? На самом деле, рассуждать о том, что было сделано, месяц спустя смысла не имеет — всё, решение принято. Альтернативные издержки существуют только в момент выбора. После того, как выбор сделан, есть только его последствия и предмет другого выбора. В этом смысле не вижу такой серьёзной проблемы.

Вопрос из зала: У меня вопрос очень простой — на злобу дня, так сказать. А вот если бы у вас были, к примеру, 100 тысяч рублей, сегодня вы бы их куда вложили?

Авдашева: Чудесно. А так не имеет смысла спрашивать. Ну если совсем честно, я могу сказать, что я делаю. Вы удивитесь: да ничего не делаю, никуда не вкладываю на самом деле. Что получается — трачу, а что не получается — держу до следующих трат. Правда, я не занимаюсь финансовыми вложениями. Ни в рублях, ни в долларах — вообще ни в чём. Ну, это опять же вопрос оценки альтернативных издержек. То есть когда я думаю о том, во что мне может обернуться невыгодный, нерациональный выбор и что со мной сделает мама, учитывая, что я экономист, — знаете, нет, я лучше не буду этого делать вообще. Мы начали с того, что у каждого своя система ценностей. Раз у каждого своя система ценностей, значит у каждого свой набор альтернатив и собственная оценка альтернативных издержек.

Вопрос из зала: Часто ли к вам, как к практикующему экономисту, государственные органы приходили за экспертизой, в частности, издержек, и если часто, пользовались ли они практическими выводами и снижали ли они свои издержки?

Авдашева: Да, приходили, это правда. Более того, применительно к решениям, которые влияют на издержки ведения бизнеса, российское законодательство прямо предусматривает процедуру, которая требует оценки альтернативных издержек. Эта процедура называется оценка регулирующего воздействия. Она нудно называется, нудно описана её структура, но, по сути, это ответ на вопрос в системе как раз государственных решений — если ты принимаешь то или иное решение, это во сколько тебе обойдётся. И вот это «во сколько обойдётся» — конечно же, в первую очередь альтернативные издержки общества. Понятно, «ну, приходили» — это такой эвфемизм, очень часто объявляют конкурсы на проведение ОРВ, и бывали случаи, когда эти конкурсы выигрывала я со своими коллегами. То есть это я к ним приходила, а не они ко мне, так что не будем преувеличивать. Если честно, есть ли примеры того, что оценки регулирующего воздействия, неважно, кто их проводил — я, мои коллеги или мои конкуренты, — обеспечили отмену или, по крайней мере, задержку в принятии каких-то государственных решений с высокими альтернативными издержками, — да, примеры есть. Ещё пять лет назад я бы сказала, что нет, их просто нет, то есть оценка издержек проводится — ну, кто-то что-то поговорил, как-то это где-то сложили, то есть много оценок лежит и пылится, и хороших примеров нет. Сейчас всё-таки хорошие примеры есть, но очень далеко до того, чтобы сам принцип оценки альтернативных издержек действительно всерьёз воспринимался системой государственной власти. То есть совсем хороших новостей здесь предложить не могу.

Новиков: Я получил громадное удовольствие от этой лекции и от этого разговора. Кое-что полезное, кажется, мы сегодня узнали. Мы теперь знаем, что такое альтернативные издержки. Это ценность лучшей из отвергнутых альтернатив. Применяя этот метод, глядя, например, на построенный на налоговые деньги мост, мы должны думать о том, что могло бы быть вместо этого моста. Мы должны думать о том, что простые люди сделали бы с этими деньгами. Глядя на мост, который реально есть, нам нужно думать о пекарне, которая всего лишь могла бы быть. Для экономиста эта пекарня ничуть не менее реальна, чем твёрдый мост с кирпичом, бетоном и сталью. Метод альтернативных издержек даёт нам надежду. Прежде всего, этот метод показывает, что каждому есть место и, самое неожиданное, что эта путёвка в жизнь, это место даётся нам совершенно необязательно нашим талантом. Путёвку в жизнь может нам дать — и даёт — всего лишь наше наименее слабое место. Вторая по-человечески важная вещь — это то, что людям лучше вместе. Не надо делать всё самому — нет, людям лучше вместе, лучше обменяться. Повар в ресторане, который помогает вам во время свидания, оказывает вам ценную услугу. Из всего этого следует, обращаясь к теме лекции, что, на самом деле, для большинства людей делать всё дома вовсе не дешевле. Кому дешевле готовить самому, тот, скорее всего, уже работает поваром. Дома, как нам подсказывает циничная — столько раз это подчёркивал — экономика, скорее стоит думать об уюте, а не о дешевизне. Это один из самых важных выводов из сегодняшнего разговора.